Ольга Крылова, Смена, 12 апреля 1997 г.

Приводится без сокращений


 
 


ПОРТРЕТ ОБНАЖЕННОЙ В ИНТЕРЬЕРЕ И БЕЗ



Художник Виктор Ляпкало примечателен тем, что из двухсот написанных им работ половина- портреты обнаженных женщин. Портреты смелые и достаточно откровенные.По крайней мере на выставку, проводимую Петербургским Союзом художников, его работы не взяли, сказали, что слишком смачно написано. Поэтому выставляется Виктор Ляпкало в основном в Мюнхене и Гессене.

А свел меня с ним случай. Ведущая Информ-ТВ- Марианна Баконина как-то мимоходом сказала, что вечером собирается в гости к давнему своему знакомому и поклоннику, но главным образом – художнику, который давно хочет написать ее портрет. И между прочим добавила, что Виктор в основном пишет обнаженную натуру. Увидев мои округлившиеся глаза, Марианна процитировала Петра I” Алексея Толстого, тот эпизод, где Санька Бровкина, выросшая в какой-то провинции, прислала из Европы достаточно откровенный свой портрет. И приписала: Батюшка, не будьте варваром и вешайте в гостиной, все в Европе так делают и не стесняются. Это искусство, а не то, что вы подумали”. Правда, тут же Марианна прибавила, что лично она за десять лет знакомства Виктору ни разу не позировала. В гости к художнику мы, конечно, отправились вместе.
 
 

- Виктор, как давно у вас стала проявляться склонность к живописи подобного рода ?

- Склонность ? Как говорил один мой знакомый, я неплохо устроился, свою похоть преврашаю в то, что вы видите на стенах. А что делать ? Только, если уж серьезно, то это неправда. Я грудь рисую, а это для меня как два яблока, как натюрморт. Живопись и только. Я даже не смотрю, красивая женщина или нет. А подошел я к этому жанру постепенно. После Академии, помню, пришел я на какую-то громкую выставку, а там сплошь передовики труда висят, колхозницы. Посмотрел я на все это и понял, что пропал: просто не смогу писать такие вещи, как художник не выживу. К счастью, потом выяснилось, что это была выставка заказных работ Министерства культуры. Это меня успокоило, но проблема поиска своего творческого лица осталась. Постепенно я вышел на тему, которая у меня просто лучше всего получалась. И пишу обнаженную натуру уже больше десяти лет.

- А выставки ваших работ проходят ?

- Конечно, на Невском, 20, но в основном в Германии. Там меня полюбили.

- А свою первую натурщицу вы помните ?

- Не люблю я это слово- натурщица. Во-первых, когда я был студентом, какие там натурщицы. Им же платить надо! Кстати, вот этот портрет Вики, она в Горном институте училась, мы писали в общежитии втроем, три художника сразу. А познакомился я с ней около рынка, покупал там картошку.

- И сразу предложили написать ее портрет ?

- Нет. Такими дешевыми приемами, кстати, я никогда не пользовался. Мой товарищ удивляется всегда, как мне дамы соглашаются позировать без особых проблем. Я, говорит, предлагаю им за это любые деньги, а они смотрят на меня как на сексуального маньяка. Нельзя человеку сразу предлагать писать его или рисовать. А вот что надо делать я вам не скажу- это моя профессиональная тайна. Впрочем, ладно- с девушками я знакомился, чтобы не портреты писать, а для того, чтобы приятно провести время. А портреты получались сами собой. Только не надо думать, что я со всеми, кто мне позировал, имел интимные отношения.

- А чем вы руководствуетесь, когда выбираете натурщицу ?

- Каждая женщина имеет свой цвет кожи: у кого-то перламутровая, у кого-то золотистая, кто-то вообще черный. Но я таких не люблю, правда. Для живописи цвет кожи самое главное, а не фигура, между прочим. Зачем мне фигура, этого в “Плейбое” хватает. Для меня интересен цвет.

- Ну, а внутренняя энергия, состояние души- они вас интересуют ?

- О! Если это у человека есть, то так или иначе это передаешь. Когда я пишу человека, я не думаю о том, чтобы сделать его похожим или нет. После двадцати лет учебы я должен уметь это делать. И грош мне цена, если я этого не сделаю. Я об этом даже не думаю особо.

- Как вы относитесь к картинкам в Плейбое”, это ведь где-то вам должно быть близко ?

- Да все эти женщины из “Плейбоя” как сосиски хот-дог, такие же безвкусные, ненатуральные. Когда человек этим зарабатывает, то смотреть на это уже не интересно. Слишком все выхолощенное. Вот почему и с проституткой не интересно дело иметь.

- Кто были эти многочисленные женщины, которых вы рисовали неодетыми ? Стриптизерши, проститутки, профессиональные натурщицы ?

- Стриптизерша среди них была только одна. Остальные- обычные женщины. Вот эта в углу- Ира, подруга моего приятеля, кандидат в мастера спорта по синхронному плаванию, сейчас она работает в косметическом салоне. А эта, которая над вами висит,- бухгалтерша. Познакомились мы, когда я еще служил в армии. Пошел в увольнение, еду в метро и вижу- напротив сидит дородная дама. А в армии вообще восприятие обостренное. А обратил я на нее внимание потому, что молодой человек, который сидел рядом с ней, постоянно на нее смотрел. Короче, закончилось все это тем, что она пригласила меня к себе домой. У нее там была сестра, цветной телевизор, а ели они твердокопченую колбасу. Почти черную. Я ощутил себя, как на Канарских островах… После армии мы опять встретились и я предложил ей написать портрет. Но, кстати, хорошего портрета так и не получилось. Хоть я и не верю во всякую там энергетику, в вампиров энергетических и т.п., но важно, чтобы натура не нервировала художника. Я очень много писал эту женщину, но так, как я ее видел, я все равно не смог ее написать.

- А что мешало ?

- Да ей другое нужно было. То жениться, то еще что-то… Она все время меня донимала: “Я не понимаю, зачем это тебе нужно ?” От этого у меня кисти в руках застывали. Ну, я, конечно, ей о высоком, об искусстве начинал говорить, только она плохо это воспринимала. Тогда я и убедился, что бесплатное позирование- это самое дорогое.

- Кстати, а сколько стоит сейчас позирование ?

- Я плачу 20 тысяч в час.

- Но это совсем мало, учитывая, что надо застыть в одной позе, да еще без одежды…

- Кто вам сказал, что надо застыть ? Это совершенно не обязательно.

- Сколько уходит времени на написание портрета обнаженной натуры ?

- Опять же, хотя я и не верю во всякие там музы, но это от вдохновения зависит. Самая долгая моя работа длилась два года, есть портрет, который я написал за три месяца.

- Женщины, которые вам позировали, не боялись, что на выставках их узнают знакомые?

- Не знаю. Но, наверное, человек, который пошел на это, догадывается, что я не спрячу законченную работу под матрац. Художник пишет не для того, чтобы хранить картины в чулане. Хотя если говорить насчет продажи, то расстаюсь я с работами очень тяжело. Ну а по поводу стыдливости тех, кто мне позирует…это ведь зависит не от характера, а от уровня образованности.

- Как вы думаете, зачем женщинам, позирующим вам, это было нужно ?

- Вот этого я не знаю. Впрочем, если человек себя любит, то он стремиться себя как-то увековечить.

- Встречались вам женщины, которые ни за что не хотели раздеваться ?

- Нет, такого не было. Вообще по опыту скажу, что мужчину раздеть гораздо сложнее. Вот видите портрет мужика по пояс голого, знаете, сколько я его уговаривал ? О!

- Виктор, а у вас никогда не было проблем с мужьями ваших натурщиц ?

- Были. Тамара такая была. Муж у нее- метра под два, иногда он приходил ко мне в мастерскую; правда, тогда я еще писал Тамару одетой. Я ей советовал, чтобы она не говорила мужу, куда идет. Говорила, что идет на работу. Правда, у нее все равно ничего не получалось из этого. Муж видел, что она душ принимает перед выходом из дома, и сразу обо всем догадывался. Но в итоге портрет ее- обнаженной, разумеется,- получился замечательный. А так в основном проблемы были не у меня, а у тех, кто позировал.

- Виктор, а вы можете представить себе, чтобы живописью такого рода занималась женщина ?

- Не думаю, что это возможно. В банковском институте, где висит несколько моих картин, ко мне как-то подошла дамочка и стала с пристрастием интересоваться, почему я специализируюсь на обнаженной натуре. Я стал говорить, что когда мне будет лет под шестьдесят, я, возможно, и перейду только на пейзажи и натюрморты. Ну, а если серьезно, то женщинам, наверное, мужчин интереснее писать.

- Но ведь не пишут ?

- Значит, будут. Хотя женщина-художник- это нонсенс, обиженные богом люди.

- Какие ваши работы находятся в Банковском институте- обнаженные женщины висят ?

- Там в основном пейзажи. Хотя обнаженные тоже висят, хотя очень скромные.

- А вообще существует проблема продать обнаженную натуру ? Я, допустим, с трудом представляю ваши картины у себя дома, имея дочь-подростка.

- Вот-вот, все правильно вы говорите. Ко мне на выставках подходят мужчины, говорят, что им хотелось бы купить мои работы, но, как правило, мешают жены. Скажем, был такой случай. На выставке идет супружеская пара, муж говорит: “Давай купим эту картину, в спальне повесим”. А жена ему: “Нечего-нечего на чужую смотреть, лучше на меня смотри”. Во время выставки в Германии директор галереи консультировал меня, какие работы для продажи лучше: вытянутые, они лучше вписываются в интерьер, обнаженные портреты тоже хорошо, но жены, как правило, против такого приобретения. То есть, за границей так же, как и у нас. Правда, в той же Германии есть супружеская чета, которая купила штук семь моих работ- и обнаженных в том числе. У них трое детей, между прочим. Я у главы семьи спрашиваю, зачем ему столько моих картин. А он отвечает: “Понимаешь, по роду своей деятельности я не имею возможности кутить с друзьями, тем более с женщинами, сидеть где-то в стриптиз-баре, а на твои работы посмотрю-и как будто всем этим уже позанимался”. Я, правда, не уверен, что это так, но тем не менее. Кстати, прежде чем купить работу, он советуется с женой. Но в основном насчет цены. Я отдаю себе отчет, что для обывателя, для украшения интерьера мои работы не годяться, они скорее для любителей живописи.

- На ваши выставки много женщин ходит ?

- Приходят. Даже, припоминаю, пожилые женщины, причем меня очень хвалили. А вообще какое имеет значение: женщины-мужчины, любитель живописи, он как бесполое существо. Помню, пришел я на выставку Осмеркина, у него есть шикарная работа, она вся горит. Изображена старая академическая натурщица, толстая. К тому же Осмеркин все утрировал. На картине она нагнулась к тазику, грудь свесилась до пола, ножищи громадные, вся она мясистая. Я не удержался и говорю вслух: Какая прекрасная картина !” А рядом кто-то мне отвечает:”Фу, сиськи до земли висят, а ноги какие ужасные !” Что на это можно ответить ? А помните, у Мане “Олимпия” считается гениальным полотном, а Писарро, по-моему (не помню точно кто), сказал ему: ты художник хоть куда, но кто захочет переспать с твоей Олимпией ?

- За рубежом с поиском натерщиц попроще, там это поставлено на профессиональную основу ?

- Я с этим не сталкивался, но вообще-то, конечно, проще. Правда, там практически никто такой живописью не занимается. Я как-то был в гостях у одного художника- герра Фаупеля, уже довольно старого. Мне было просто стыдно. Приехали, у него шикарная мастерская, кисти стоят, как цветочки в вазочках, красок уйма. Но живопись- так себе. Кстати, я давно заметил, что если человек идет по улице с чистеньким этюдником, то и живопись у него такая же, прилизанная, открыточная. А на закуску Фаупель стал показывать свои акварельные фантазии. Да какие ! Просто сексуальные положения. Хуже, чем пособия по сексуальной жизни. Там хоть нарисовано все это нормально. Мне даже стало стыдно, тут же рядом с нами сидит его жена, пожилая женщина…

- Неужели на Западе действительно мало пишут обнаженную натуру ?

- Там были очень хорошие художники, в Мюнхене, например, учились многие наши знаменитости. А потом пошла мода на авангард, и в связи с этим бумом они потеряли свой профессионализм. Им просто уже трудно работать в другом жанре.

- А теперь вопрос к Марианне. Почему, зная Виктора десять лет, ты до сих пор так и не согласилась ему позировать ?

- Марианна: Я не могу сказать, что меня останавливает сама мысль позировать обнаженной. Я достаточно цивилизованна, чтобы проводить грань между искусством и жизнью. Если это хороший художник и все делается не для того, чтобы уложить тебя в постель, а ради искусства, то почему бы и нет ? Хотя кто его знает, я ни разу обнаженной не позировала, ни фотографам, никому.

- Виктор: Марианна, соглашайся, пройдут годы, и будет как у Домье. Есть у него картина, называется “Все в прошлом”. Старушенция лежит, руки на груди, скулы ввалились, в общем, препротивнейшая. А над кроватью у нее- она же, но молодуха в шикарном декольте, улыбчивая.

- А есть у вас творческая мечта написать кого-то из знамкнитостей, допустим Хакамаду или Старовойтову ?

- Чего-чего ?! Но Старовойтову я, кстати, написал бы. А вообще я над этим не думал. Я ведь, когда смотрю на человека, не думаю, писать его портрет или нет. Хотя нет, если вижу интересное лицо, тогда, конечно, думаю.

- Все-таки лицо, а не что-то другое ?

- Меня мои коллеги критикуют, что, когда пишешь обнаженную женщину, лицо выписывать нежелательно, это отвлекает. У каждого свое восприятие, искусство тем и хорошо, что у каждого вызывает свои эмоции.

- Виктор, а как оценивались ваши работы с обнаженной натурой во время учебы в академии ? Вы были отличником по этому предмету ?

- В академии обнаженная натура была неотъемлемой частью учебного процесса, как вы понимаете. Начиная с третьего курса обнаженных только и писали. Правда, писали неинтересно, в одних и тех же позах, на фоне одних и тех же драпировок. И натурщицы были такие, что на них одетых-то смотреть было не очень приятно. Я ловил себя на мысли, что, мешая краски, оттягиваю момент, когда надо глаза поднять. Нет, отличником я не был. А потом, представьте, каким талантом надо было обладать, чтобы твоя работа из двадцати одинаковых резко выделялась.

- Вернемся к более поздним временам. Как вам работалось, когда вы женились ? Жена дома находилась во время вашей работы ?

- Это было года два назад. Жена зашла ко мне, посмотрела и сказала: “Слава богу, что работаешь ты не дома и я этого не вижу”. Я ее понимаю, конечно, кому это понравится. Может быть, я так много и работаю, потому что имею мастерскую. К примкру, многие мои товарищи не имеют возможности приглашать кого-то позировать. Для этого надо быть где-то свободным человеком. Одна из миллиона женщин поймет, зачем это нужно. Кстати, моя жена в свое время не хотела ведь позировать мне.

- То есть свою жену вы не писали ?

- Писал, конечно, и обнаженной в том числе. Всего портретов восемь. Правда, все они написаны еще до женитьбы. Отом она перестала соглашаться мне позировать, тяжело и т.п. Тогда я сказал ей, что буду писать других. Она предложила свой вариант, чтобы я переквалифицировался на натюрморты и пейзажи. Что я мог на это ответить ?

- А вы бы согласились, чтобы ваша жена позировала обнаженной для другого художника ?

- Нет конеяно. Знаю я их, сволочей. Вернее, художников. Я в этом отношении очень консервативный человек. И собственник.

- А были ли у вас случаи, когда муж заказывал портрет жены в обнаженном виде ?

- Был один такой случай. Точнее жена сама заказала портрет, а муж приходил смотреть как идет работа. Нравы у всех разные.

- Какая из ваших работ самая удачная и любимая ?

- Моя двухлетняя дочь Саша.
 
 
 
 

НЕОБХОДИМОЕ ПОСЛЕСЛОВИЕ

Спустя три с лишним года после этого интервью Виктор Ляпкало успешно продолжает работать в живописи, оставаясь верным и своему основному жанру. За это время им написано около восьмидесяти новых работ, состоялось несколько персональных выставок. Расширяется круг коллекционеров и галерей, обладающих его работами и заинтересованно следящих за творчеством талантливого художника. Чаще можно увидеть теперь работы Виктора Ляпкало и на выставках Петербургского Союза художников, членом которого он является десять лет. Последняя крупная выставка с участием В. Ляпкало- выставка произведений ленинградских и московских художников в центральном выставочном залеМанеж” в июле - августе 2000 года.

С. Иванов, июль 2000 года
 
 

 Биография    42 картины     Фото

Главная страница     Еще выставки     e-mail